Фугасы для КНБ

В уголовном суде Уральска завершается процесс над экспертами Центра судебных экспертиз ЗКО Нурланом Блекешевым и Муратом Кульжановым. Специалистов-взрывотехников задержали сотрудники ДКНБ по ЗКО, обвинив в продаже боеприпасов и  взрывных устройств. Подсудимые вину не признали, а их заявления на суде шокировали: они готовили бомбы в качестве улик по «заказу» комитетчиков.

Обвинительный приговор во время прений прокурор зачитал быстро, минут за пятнадцать.

— Мы должны особо нетерпимо относиться к таким преступлениями… Над сбором доказательств трудилась специально созданная оперативная группа,  расследование велось совместно с областной прокуратурой. Эксперты, используя специальные познания, в корыстных целях изготовили взрывное устройство, действие которого осуществляется через пульт управления с радиусом действия примерно 9,3 метра…

Прокурор, отметив, что подсудимые и раньше занимались незаконным изготовлением и продажей боеприпасов, попросил для Нурлана Блекешева и Мурата Кульжанова по пять и три года лишения свободы соответственно, а для комитетчиков и работника прокуратуры Хакимова – поощрения за хорошую работу.

Это дело адвокат Блекешева Клара Онгарбаева назвала беспрецедентным: экспертов спровоцировали на преступление.

— Блекешев не виновен, это все, что я могу сказать, – заявила Клара Онгарбаева. – Зачем пускать в разработку нормально работающего человека, у которого нет ни одного нарекания. К тому же закон «Об оперативно-розыскной деятельности» запрещает правоохранительным органам провоцировать или склонять людей к совершению преступлений. С ним просто расправились за его принципиальность, а департамент КНБ отчитался о своей работе.

Адвокат заявила, что в суде сторона обвинения не представила сведений, находящихся в распоряжении ДКНБ, которые стали основанием для разработки ее подзащитного. А это одно из основных требований закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

— На наше ходатайство ДКНБ ответил, что такие сведения являются… государственным секретом, — сказала Клара Онгарбаева. – Тот, кто готовил этот ответ либо не знает закона, либо таких сведений просто не существует.

Провоцировали на преступление?

Сам Нурлан Белекешев, вокруг которого разворачивались все эти события, личность известная – он единственный профессиональный эксперт-взрывник на весь западный регион с 12 летним стажем безупречной работы.

— За 12 лет работы в экспертизе я никогда преступной деятельностью не занимался, — заявил на суде Нурлан Блекешев. — Все началось с того, что 30 марта ко мне в кабинет пришел сотрудник УБОП Атырауской области Утегулов. Он сказал, что у них проходит спецоперация по борьбе с террористами, что своими силами они не могут справиться, им нужна помощь, улики, что я обязан им помочь, говорили о том, что твориться в Актюбинске… А там эти экспертизы я проводил лично, выезжал туда, все последствия видел своими глазами… Это чья-то кровь. У меня растут трое детей… чтобы на такое пойти… В результате я им приготовил муляж взрывного устройства. Они это не знали и предложили за работу 5 300 долларов, я отказался их брать. Сотрудники ДКНБ настаивали, говоря, что расходы на эту работу предусмотрены в бюджете, что они на такие же деньги купили автомат Калашникова. Деньги оставили на столе – три тысячи двести долларов. Остальное взяли в качестве «отката».

Меня подставили цинично. В итоге я оказался на скамье подсудимых, а они (ДКНБ) отчитываются, как умело задержали и обезвредили преступную группу – я, оказывается, длительное время занимался продажей патронов и боеприпасов, но взрывы продолжаются и сейчас. На каких принципах построена их работа? Каким образом они достигают своих результатов? Человеческие поломанные судьбы для них ничто, по сравнению с очередным званием и регалиями. Давайте их еще и наградим. Они забыли, что высшей ценностью, которая прописана в Конституции — это человек, его жизнь, права и свободы… На моем месте мог оказаться любой эксперт, который занимается баллистикой…

Адвокаты подсудимых категорично заявили на суде, что в процессе судебного разбирательства вина их подзащитных не была доказана, а все обвинения не выдерживают никакой критики. Например, экспертиза взрывных устройств, говорят они, была проведена с нарушениями — нельзя определить радиус взрывного действия СВУ без взрыва, но муляж не могли взорвать, потому что это муляж. Сторона обвинения ссылается лишь на то, что все три месяца оперативной разработки сотовые телефоны подсудимых прослушивались, а сами они разговаривали с «гостями» наедине, закрывая двери и т.п., что расценивается как … конспирация.

Неудобный эксперт

Динара Хабиева, жена главного фигуранта дела Нурлана Блекешева, работающая в филиале актюбинской лаборатории судебной экспертизы, выступила на суде в качестве общественного защитника. Она тоже убеждена, что ее мужа  убрали, потому что он «неудобный» эксперт.

— Он — единственный эксперт в Западном регионе по взрывотехнической, фоноскопической и пожаротехнической экспертизе, — сказала корреспонденту «МГ» Динара Хабиева. – У него постоянно были конфликты из-за того, что кого-то не устраивали его заключения. Его не раз просили переписать экспертные заключения. Он отказывался, мне говорил: там судьба людей, жизни ломаются. Они мстят ему. Ведь все происходило на моих глазах: звонки, встречи. Это продолжалось три месяца…

Динара Хабиева заявила также, что на ее мужа оказывалось давление в следственном изоляторе, где подсудимые находятся более четырех месяцев.

— Ему угрожали тем, что покажут мне какие-то компрометирующие его видеосъемки.

Просят понять и простить

Выступая на суде, адвокаты подсудимых просили полностью оправдать их подзащитных.

— Я внимательно проанализировала все эпизоды дела, — говорит Клара Онгарбаева. —  Блекешев — не преступник. В его действиях нет состава преступления. Я хотела бы задать вопрос, в том числе работникам прокуратуры: зачем провоцировать людей, прикрывшись благородными целями во благо государства?  Они спровоцировали их на совершение преступления и улучшили статистику раскрываемости преступлений, связанных в экстремизмом и терроризмом. Блекешев специалист высшей категории, его награждают грамотами на уровне министра, у него трое детей, семья, работа которую он любит, родители…  Зачем ему делать бомбы какие-то? У него есть средства к существованию, всё для того, чтобы нормально жить и работать. И самое главное, у него есть нравственные понятия, от которых он не отступает. При том, что проводит все серьезные экспертизы.

Последнее слово подсудимым было предоставлено в прошедший понедельник.

— Нас просили именно о помощи в обезвреживании банды террористов, а обвинили по сути, в пособничестве им, — сказал Нурлан Блекешев. — Я все осознал и искренне раскаиваюсь, но только в том, что пошел им на встречу. Вину свою не чувствую. Единственное, о чем прошу — не лишать меня свободы. У меня трое детей, одному полтора года, жена в декретном отпуске, кто им поможет…

Мурат Кульжанов также заявил, что никакого преступного умысла в его действиях не было.

комментарий специалиста Бауржан Шамбулов, юрист:

Нужна правовая оценка

— Меня этот процесс возмутил. В свое оправдание подсудимые ссылаются на нарушение сотрудниками ДКНБ требований закона «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которого правоохранительным органам запрещается провоцировать или склонять людей к совершению преступлений.

Но даст ли суд оценку действиям оперативников ДКНБ по ЗКО? Это немаловажный вопрос: расценит ли суд действия комитетчиков как провокацию преступления или согласится с версией обвинения об оперативной разработки якобы преступной группировки, осуществляющей незаконную торговлю оружием и боеприпасами? От этого будет зависеть судьба подсудимых. Хотя они могут быть оправданы по эпизоду изготовления и продажи взрывчатки, но у ДКНБ все равно останется «дежурный» эпизод продажи ими патронов.

Этот вопрос лежит не столько в морально-этической, сколько в правовой плоскости,  и требует своего разрешения, считает юрист. Этот судебный процесс может быть и поводом  и для юридических дискуссий о законности действий правоохранительных органов. В качестве примера, он приводит опыт Америки.

— Там при назначении на государственную должность кандидат дает письменное согласие на то, что в интересах национальной безопасности согласен на проведение в отношении него оперативных мероприятий пусть даже и нарушающих его конституционные права. Стало быть, они осознанно идут на нарушение своих прав в интересах государства. И у нас вопрос защиты интересов государства не должен зависеть от правосознания его граждан, а иметь правовую основу.

Алла Злобина

Запись опубликована в рубрике Новости с метками , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *